Повесть с BDSM

Пролог - Послушайте барон! Я не могу открыть вам всех имен! Единственное, чего я желаю, так это знать, вы с нами или нет?! - Герцогиня, выше предложение мне льстит, однако оно сопряжено с большим риском! Все-таки, выступить против короля! - Ах, барон! Вы сами прекрасно знаете, какое это ничтожество этот наш ко-роль! В его голове только турниры да развлечения! Мнит себя рыцарем Круглого стола! А его жена, эта фурия Екатерина Медичи… - Герцогиня… - Ах, называйте меня Шарлотой. - Хорошо. Шарлота, я понимаю ваш гнев. Ведь королю вроде была обещана ваша рука! А тут эта итальянка! - Да! Я должна была стать королевой! Я, Шарлота Лавуазье, герцогиня Нэвер-ская! Принцесса крови! А он променял меня на эту истеричную католичку! Поверьте, су-дарь, эта женщина еще покажет себя. Она еще принесет Франции море страданий! - Да, её ненависть к гугенотам впечатляет! - Так все-таки, барон де Кавиньяк! Вы поддержите нас? - Я весь к вашим услугам, герцогиня. Но все-таки хотелось бы знать, кто еще из знати с нами заодно? - О, поверьте барон! Если бы я назвала имена, вы бы услышали лучшие имена Франции! Но! Поверьте, это не моя тайна! Говорившая, молодая женщина в строгом бирюзовом платье, внимательно по-смотрела на своего собеседника. Барон Франсуа Рабле де Кавиньяк почтительно склонил голову и поцеловал протянутую руку. - Разрешите мне удалиться, герцогиня. Меня ожидает герцог Гиз. Кстати, он в курсе ваших дел? - Кто, Гиз?! Барон, это дело французских принцев, а не лотарингских. - О, конечно, герцогиня! Вы как всегда правы! Мое почтение! – барон склонил го-лову в низком поклоне и покинул комнату. - Вот так, ваше величество, - главный королевский советник, граф Жиль де Франс, склонился в изящном полупоклоне. Генрих II, не выдержав, сорвался с кресла, и в ярости стал мерить тронный зал Лувра. То, что эму только что рассказал Жиль было неслыханно! Заговор против него! - Черт возьми, граф! Как все не вовремя вы мне рассказали! Вы же знаете, у нас скоро турнир, а тут такое… Сидевшая за шитьем Екатерина мрачно усмехнулась. - Думаю, ваше величество, что турнир может и подождать! Речь идет о троне! - А, это вы мадам! – король сделал вид, что только сейчас заметил супругу. - Мо-жет, тогда возьметесь расследовать это дело? Ведь вы так стремились к этому… Этому седалищу! - и король указал на трон. - Седалищу! Трон французских королей, не седалище, сир! - Ну, хорошо, хорошо, я пошутил! Так возьметесь или нет?! Мне совершенно не-когда! Екатерина Медичи наклонила голову: - Как скажете, сир! – с легкой усмешкой произнесла будущий апологет гугенот-ских войн. Вот и прекрасно! Жиль, моя супруга поможет вам, а вы докладывайте мне, как только будут новости, - и король Франции вышел из тронного зала. - Господи, как он глуп, - прошептала Медичи. – Дай бог… Жиль де Франс не сдержал усмешки, услышав эту фразу. Король действительно не отличался особым умом, зато рыцарем был первостатейным. Кто мог знать тогда, что спустя десять лет копье Монтгомери оборвет жизнь этого немного странного монарха. Медичи повернулась к Жилю: - Итак, сударь, ваши сведения об участии в заговоре герцогини Нэверской досто-верны? - О, да, ваше величество… - Полноте, давайте без титулов! - Как прикажете, сударыня. Мой доверенный человек имел тайную беседу с гер-цогиней, в которой она склоняла его принять участие в заговоре. К сожалению, не уда-лось узнать остальных имен заговорщиков, но их знает герцогиня! - Но герцогиня никогда не скажет этих имен вашему человеку! - Да, но она может сказать эти имена другому человеку… - Вот как? Кому же? - Палачу, ваша милость… - Не хотите ли вы сказать… - Да, ваше величество. Я предлагаю арестовать герцогиню Нэверскую и добиться от неё признаний! - Хм, арестовать! Она принцесса крови, не забывайте. И к тому же крестница Франциска! - Ваше величество, для меня она заговорщица и государственный преступник. К тому же её арест покажет некоторым принцам силу королевской власти! - Пожалуй, вы правы, Жиль! Как вы собираетесь это делать? - Послезавтра герцогиня собралась в Анжер. На этой дороге, вернее чуть в сторо-не стоит замок Шарле! - Шарле? Но ведь там содержатся самые опасные преступники, еретики! - Зато там очень жесткое содержание заключенных, а её комендант большой лю-битель женщин! - В каком смысле? - В смысле строгого, а иногда жестокого с ними обращения, включая допросы с пристрастием! - Что ж, я согласна! Сейчас вам напишут приказ о её аресте! Кстати, граф, пору-чите-ка это дельце вашему человеку! Кстати, как его зовут? - Барон Франсуа Рабле де Кавиньяк, ваше величество!... Глава 1. Предательство По дороге на Анжер, мягко покачиваясь на рессорах, катила карета, запряженная четверкой лошадей. По обе стороны от кареты, на расстоянии вытянутой руки, скакали вооруженные до зубов всадники. Всадников было десять человек, и такой внушительный отряд мог не опасаться разбойников, удачно промышлявших в то время на дорогах Фран-цузского королевства. Охрана, а всадники именно ими и были, была вооружена шпагами и пистолетами. На груди каждого из охранников блестел всеми цветами радуги, вышитый золотом герб их хозяина. Вернее хозяйки, ибо карета несла в своем чреве одну из первых красавиц Франции, принцессу крови, Шарлоту Лавуазье де Котэ, герцогиню Невэрскую. Герцогиня ехала в славный город Анжер повидаться со своим дядей и попробовать скло-нить его к заговору. Впереди кареты на огромном скакуне несся начальник охраны мэтр Франсуа Бю-жо, бывший гвардеец его величества. Несмотря на свои пятьдесят лет, рука у мэтра Бюжо была твердая. Мало кто из придворных щеголей смог бы сравниться с ним в умении фех-товать. Но Шарлота ценила его в первую очередь за преданность и умение наладить ох-ранные дела. В этом деле мэтр Бюжо вообще не имел равных в Париже, и с ним часто со-ветовался начальник охраны короля господин де Крийон. Герцогиня Нэверская, удобно расположившись на мягкой подушке, рассеяно смотрела на, простиравшийся за окном кареты, пейзаж. Напротив неё сидела молодая де-вушка в скромном платье и белоснежном чепчике. Девушка была любимой служанкой Шарлоты и одновременно её доверенным лицом во всевозможных интригах и заговорах. Звали это милое создание Жюли ле Мар. Сейчас она сидела, чинно сложив руки, но лука-вый взгляд выдавал в Жюли особу веселую и немного склонную к авантюрам. День постепенно клонился к закату. Ритмичное покачивание кареты понемногу клонило в сон обеих спутниц. Внезапно герцогиня встряхнула головой: - Ты, знаешь, Жюли, барон де Кавиньяк согласился быть с нами. - О! Это хорошая новость, ваше высочество! Барон влиятельный человек в Анжу. - Ты-то откуда это знаешь? - Ну, как же, ваша милость, я же тоже анжуйка. Наш городок, Шампинье, нахо-дится рядом с владениями барона. - Вот как? Не знала, ну и что ты знаешь о бароне, расскажи! - Это очень сильный человек, ваше высочество. И довольно жесткий. По крайней мере, у своих крестьян он особой любовью не пользуется. - Почему? - Говорят барон очень падкий на девичью красоту. Он не раз похищал молодень-ких крестьянок, и… - Ну, что же ты замолчала? - Ваше высочество, мне не пристало говорить ТАКОЕ о дворянине. - Говори, я разрешаю! - Ну, в общем говорят, что он их сильно терзал в своем замке. - Почему же крестьяне не пожаловались герцогу Анжуйскому? - Ах, ваша милость! Как же крестьянин может добраться до герцога? Да и гово-рят, что при всем этом, барон щедро одаривал семьи девушек, так что люди предпочитают молчать обо всем этом. - Ясно. Ну а что ещё ты можешь порассказать мне о бароне? - Ну, он храбрый человек, большой любитель охоты, а главное, он не женат! - Вот как! И что же, ни одна анжуйская красавица не захотела стать его женой? Жюли молча пожала плечами, словно говоря, "откуда я знаю". Разговор о бароне мог бы продолжаться еще некоторое время, но тут произошло сразу несколько событий, надолго отбивших охоту у собеседниц продолжать разговор. Впереди кавалькады раздался какой-то шум, затем раздались выстрелы и крики. Резко дернувшись, да так, что пассажирки чуть не послетали с сидений, карета останови-лась. Два десятка человек в масках, выскочив из кустов, набросились на конвой. Зазвенела сталь, раздалось дикое ржанье коней и хрипы умирающих. Нападающих было не намного больше, чем защищавшихся, но на их стороне была внезапность. Пока стражники пыта-лись успокоить своих коней, трое были убиты выстрелами из аркебуз, а еще четверо тя-жело ранены. Оставшиеся трое во главе с бравым капитаном сгрудились возле кареты и мужественно дали отпор нападавшим. Но силы были неравны. Шарлота с испугом видела, как еще двое её людей пали пронзенные шпагами. Мэтр Бюжо и последний оставшийся в живых гвардеец, встали спина к спине и ловко продолжали отражать многочисленные выпады. Особенно это получалось у Бюжо, перед которым уже лежали тела четырех нападавших. Старый вояка ловко орудовал длинной шпагой. Так продолжалось минут пять. Затем гвардеец упал, пронзенный сразу тремя шпагами, и Бюжо остался один. Тяжело дыша, капитан стоял в окружении шестерых вра-гов, когда раздался спокойный голос: - Мэтр Бюжо, бросайте вашу шпагу. Я не хочу убивать такого храбреца, как вы! Говоривший, высокий мужчина в синем плаще, соскочил с лошади. Как и все на-падавшие, он был в маске, которая позволяла видеть только короткую черную бородку, отпущенную по последней моде. Капитан вытер струившийся пот: - Кто ты такой? - Какая разница, Бюжо! Вы же не хотите умирать? Вы лично нам не нужны, нам нужны ваши попутчицы. - Ты хоть знаешь, кто находится в карете? - Прекрасно знаю, не волнуйтесь, Бюжо, с ними ничего плохого не случится. По крайней мере, пока! Наблюдавшая из кареты за диалогом Шарлота крикнула своему капитану: - Бюжо! Делай, что тебе говорят! Достаточно убийств! Шпага капитана звякнула о придорожный камень. - Прекрасно! Мэтр Бюжо, вот вам лошадь, можете вернуться в Париж! Подбадриваемый взглядом герцогини, Бюжо неловко её поклонился, и вскочил на коня. Полуобернувшись в седле, он крикнул: - Госпожа, я немедленно доложу его величеству о случившимся! И ты, грязный разбойник, еще поплатишься за свои делишки! Раздался стук копыт, и лошадь с всадником растаяла в наступающей ночи. Чело-век в синем плаще подошел к карете и, приоткрыв дверцу, иронично поинтересовался: - Мадам, разрешите составить вам компанию? Не дождавшись ответа, он ловко впрыгнул в карету. Раздались слова команды, и экипаж продолжил свой путь. - Представьтесь сударь, и объясните, что это всё значит! – голос Шарлоты дрожал от еле сдерживаемого гнева. Незнакомец ухмыльнулся: - Как все-таки маска меняет человека! Сударыня, как же вы не могли меня узнать? Ведь буквально два дня назад, вы так горячо уговаривали меня примкнуть к заговорщи-кам! – с этими словами мужчина снял маску. Шарлота окаменела. - ВЫ! ВЫ ЗДЕСЬ!! Барон де Кавиньяк!!! Что это, черт побери, значит?!!! - Это значит, дорогая герцогиня, что вы арестованы по обвинению в измене коро-лю! - Вы…вы…предатель! Вы предали меня!! Подонок!! – герцогиня задыхалась от гнева. – Да как вы смели… - Потише, Шарлота! Я не ПРЕДАТЕЛЬ!!! Предательница – ВЫ! - Я?!!! - Да, вы! Вы предали своего сюзерена, замышляя против него! Ваша вина неоспо-рима! Но вы еще можете смягчить свою участь. Отдайте мне письмо, которое вы получи-ли сегодня утром – и я замолвлю за вас словечко. Письмо! Шарлота сделала удивленные глаза: - Письмо? Какое письмо… - Полноте, герцогиня! Проигрывать надо с честью! Письмо… Бросок Шарлоты был очень быстр. Небольшой кинжальчик, до этого прятавший-ся в складках юбки, оказался в руке разъяренной женщины. И если бы Кавиньяк не был настороже, этот вечер был бы последним в его жизни. Однако женская быстрота не шла ни в какое сравнении с реакцией опытного фехтовальщика. Перехватив руку женщины, барон резко вывернул её назад. Шарлота не успела глазом моргнуть, как и вторая рука оказалась сзади, и тонкий шнурок туго стянул её запястья. Несколько секунд она мужест-венно боролась, пока барон не приставил к её щеке острие своего кинжала. - Не дергайся, дорогая! Мне приказано доставить тебя живой, но не сказали в ка-ком виде. Так что, если не хочешь, чтобы мой кинжал нарисовал на твоих прелестных щечках узор, сиди смирно! Затем Кавиньяк обратился к сидевшей полумертвой от страха, Жюли: - Ты, руки за спину, и повернись ко мне спиной! Живо! Та быстро закивала головой, и, повернувшись вполоборота к барону, завела руки за спину. Кавиньяк крепко стянул кисти вторым шнурком, и, довольный, откинулся на стенку кареты, рассматривая двух очаровательных связанных женщин. - Так, где же письмо? – как бы в задумчивости протянул барон. – А! Наверно оно за корсажем, а, герцогиня?! Та лишь с ненавистью посмотрела на предателя, не удостоив того ответом. Хо-хотнув своей шутке, Кавиньяк схватил Шарлоту за пышные волосы, и резко потянул назад так, что женщина вскрикнула от боли. Продолжая удерживать голову герцогини, барон протянул руку, и запустил её за вырез платья. Его пальцы нащупали между тугих полуша-рий грудей свернутую в трубочку бумажку. Довольно усмехнувшись, он вытащил письмо и отпустил волосы. - А вот и оно! Прекрасно! - Барон, ваша смерть будет ужасной! - Да? А знаете, куда мы направляемся? В Шарле! Шарлота поперхнулась: - Ка… как в Шарле? Ведь там… - Да, да! Самая мрачная тюрьма, и, - Кавиньяк понизил голос, - самые умелые па-лачи! И, довольный эффектом, барон-предатель громко рассмеялся.